Война продолжается: российская дезинформация целит в Украину
24 февраля 2022 года Россия начала ничем не спровоцированную полномасштабную агрессивную войну против своего соседа – Украины. В последующие недели и месяцы Украина продемонстрировала миру истинное мужество и настойчивость, сдержав первоначальное вторжение и в итоге даже повернув вспять ход событий.
Менее чем через неделю после начала вторжения 141 из 193 стран ООН проголосовали за резолюцию, осуждающую решение России о вторжении и требующую, чтобы Россия вывела все свои вооруженные силы с территории Украины.
Российская агрессия против Украины началась не в феврале прошлого года. Кремлевское «оружие дезинформации» годами готовило почву для полноценного нападения на Украину. Однако, российское вторжение в Украину пошло не по плану Кремля, и его лояльным «экспертам» по дезинформации и их медиа платформам пришлось изворачиваться и менять свои нарративы о войне, чтобы продолжить разжигать пламя неконтролируемой агрессии.
EUvsDisinfo внимательно следит за изменениями этих нарративов. В этой статье мы попытаемся резюмировать и разобраться в некоторых основных поворотных моментах прокремлевской дезинформации, оправдывающей войну России против Украины. Мы также предлагаем краткий обзор ключевых дезинформационных нарративов, которые Россия поддерживала на протяжении всей войны, независимо от событий на поле боя.
«Трехдневная война»
Полномасштабное вторжение в Украину началась с грандиозной лжи о «специальной военной операции»: сам Путин намекнул на ограниченный характер своей военной авантюры, а прокремлевские «эксперты» готовились праздновать победу России, которая должна была произойти всего через несколько дней. Теперь, спустя месяцы, в течение которых мы видели и мощь украинского сопротивления, и всеобщую мобилизацию в России и незаконные попытки аннексии оккупированных территорий, стало совершенно ясно, что российская «трехдневная война» не ограничена ни по масштабам, ни по времени.
Как только стало ясно, что украинцы не будут встречать вторгшиеся российские войска как «освободителей», кремлевские дезинформаторы попытались быстро скорректировать первоначальные цели – теперь победа России должна быть достигнута в результате войны. Целью вторжения стала уже не какая-то абстрактная «денацификация», а необходимость освободить восточные части Украины, чтобы спасти «свой» народ от киевского гнета. Чтобы обосновать эту новую цель, прокремлевская информационная экосистема была наводнена ложными обвинениями Украины в совершении геноцида против собственного народа.
Прокремлевские пропагандисты все чаще возвращаются к геноцидной риторике, доходящей до разжигания ненависти. Распространение дезинформации с целью дегуманизации Украины и подстрекательства к насилию – таков подход Кремля с первого дня войны, подход, призванный сеять ужас и оправдывать военные преступления России в Украине.
Дезинформация, скрывающая военные преступления
Когда ход войны начал меняться, Россия начала наносить удары по гражданской инфраструктуре по всей Украине. А тем временем дезинформационный аппарат Кремля начал отрицать совершаемые Россией преступления, игнорировать их и отвлекать от них внимание всего мира.
Когда Россия напала на родильный дом в Мариуполе, прокремлевские дезинформационные СМИ назвали жертв нацистами. Когда российские ракеты поразили железнодорожную станцию Краматорска, полную мирных жителей, российские пропагандисты ложно обвинили Украину в убийстве невинных людей. Когда российские летчики выпустили ракеты по торговому центру в Кременчуге, Россия отрицала атаку, заявляя, что наносит удары только по военным целям. Когда был нанесен удар по нескольким гражданским объектам в Виннице, то опять же потому, что там якобы прятались нацисты.
Когда Украина начала освобождать все новые и новые территории от российской оккупации, мир столкнулся с еще более ужасающими фактами о действиях российских «освободителей» в Украине. Возможно, самый показательный пример неизбирательной и бессмысленной жестокости вторгшихся россиян был продемонстрирован, когда украинские войска освободили город Буча. Фото тел мирных жителей, расстрелянных и оставленных на улицах Бучи, быстро облетели мир.
Доказательства зверств, приравниваемых к военным преступлениям, были неопровержимы. Но для прокремлевских дезинформационных СМИ доказательства мало что значат. Кремль быстро попытался заполнить информационное пространство противоречивыми «объяснениями» событий в Буче — утверждениями об украинской провокации, заявлениями о постановке зверств, обвинениями Запада и ссылками на теории заговора. Однако цель была ясна — использовать дезинформацию для сокрытия возможных военных преступлений России.
Похожая история развернулась, когда украинские войска освободили город Изюм и обнаружили сотни захоронений мирных жителей, а также несколько мест, в которых на протяжении шести месяцев, пока город контролировали российские войска, проводились жестокие пытки. Первоначальная реакция на обвинения была типичной для кремлевской пропаганды — категорическое отрицание и заявления о том, что, дескать, любые найденные доказательства являются фальшивыми. Тем не менее, по сравнению с Бучей, стало ясно, что прокремлевская дезинформационная экосистема все менее стесняется преступлений, таких как нападения на гражданскую инфраструктуру. Нападения стали методами внушения страха и хвастовства могуществом России.
Заезженная пластинка
В конце концов, прокремлевская дезинформационная экосистема не отличается особой изобретательностью. Она процветает благодаря бесконечному повторению одной и той же лжи –снова и снова. Кремлевский цикл смерти и лжи всегда действует одинаково: отвлечь от проблемы, отрицать улики, демонизировать цель, переложить вину и повторить сначала. Ведь обвинять противника в своих преступлениях — один из старейших приемов Кремля.
Дезинформация для оправдания военных неудач
С 24 февраля мы стали свидетелями нескольких важных поворотных моментов в войне России против Украины. Большинство из них явно не в пользу России. Тем не менее, российская пропаганда стремится изобразить любые военные неудачи, с которыми Россия столкнулась на передовой, как часть продуманного плана. Например, прокремлевские «эксперты» регулярно повторяют утверждения о том, что Россия намеренно замедляет свои операции, чтобы свести к минимуму жертвы среди гражданского населения.
После успешного украинского контрнаступления Украины на востоке в начале сентября руководство в Кремле постаралось отвлечь массы от потерь на фронте и перешло к политической эскалации, объявив мобилизацию в России и референдумы по присоединению оккупированных территорий. Дезинформация по этим двум темам сразу стала распространятся в кремлевской дезинформационной экосистеме, особенно по российскому государственному телевидению.
С одной стороны, подконтрольные России СМИ стремились преуменьшить успех украинского контрнаступления в Харьковской области. С другой — мобилизацию надо было «продать» россиянам. Для этого был найден особый подход – связать мобилизацию с аннексией, одновременно усиливая тонко завуалированные угрозы и пугающую риторику. Кремль сначала провел нелегитимные референдумы о признании оккупированных территорий Украины частью России, а затем изобразил украинское контрнаступление как нападение на Россию и использовал его для оправдания мобилизации и «объединения» людей.
Горящие мосты
Еще один серьезный удар по заявлениям России о том, что на фронте все в порядке, был нанесен утром 8 октября, когда произошел взрыв на мосту через Керченский пролив – символе российской аннексии Крыма. В то время как некоторые дезинформационные СМИ пытались отвлечь внимание публики от масштабов взрыва, большинство пропагандистов повторяли Путина, который обвинил Украину в терроризме за умышленное нападение на важнейшую инфраструктуру России. Прокремлевские СМИ подчеркивали символическое значение моста, разжигая негативные эмоции россиян и используя взрыв как призыв к возмездию всем украинцам. И, конечно же, во взрыве обвинялся и Запад.
Вполне вероятно, что описанная выше риторика прокремлевских СМИ заранее готовила почву для оправдания ракетных ударов по гражданским объектам на территории Украины всего несколько дней спустя. Дезинформация стремилась представить эти атаки как праведное возмездие, хотя есть признаки того, что ракетные атаки готовились задолго до взрыва на Керченском мосту.
Прокремлевские эксперты по дезинформации с тех пор перестали пытаться утверждать, что Россия наносит удары только по военным целям – теперь они открыто называют всех украинцев террористами, которые заслуживают смерти. Пропагандисты публично призывают к отключению Украины от электричества, фактически выступая за то, чтобы российские военные совершали военные преступления, нанося удары по гражданским объектам. Многие дезинформационные платформы восхваляют атаки на украинскую инфраструктуру, включая энергетическую, а ведущие почти ликуют, рассказывая о боли и страданиях, которые Россия причиняет Украине.
Тем не менее даже фальшивая жизнерадостность российских «экспертов» и «комментаторов» не могла полностью завуалировать масштабы военных неудач России на Украине. В какой-то момент даже классические приемы (отрицание и отвлечение внимания) не смогли скрыть правду, поэтому прокремлевские пропагандисты стали искать новый способ оправдать военные неудачи. Поиск длился недолго: они последовали давно усвоенной кремлевской мантре — в случае сомнений вините во всем Запад. Поэтому сейчас основной дезинформационный нарратив для оправдания любых потерь на фронтах состоит в том, что Россия воюет с НАТО и коллективной мощью Запада в Украине.
В последние недели прокремлевские СМИ и их активисты также посылали сигналы об готовности Кремля к переговорам. Тем не менее, это явно напоминает тактику «бороться и вести переговоры», часто используемую другими агрессорами для укрепления позиций за столом переговоров. Трудно всерьез воспринимать призывы к миру, когда прокремлевские пропагандисты требуют уничтожения Украины, а российские ракеты и беспилотники-камикадзе обрушиваются на украинские города, убивают гражданское население и уничтожают объекты критически важной инфраструктуры.
Прокремлевские дезинформационные нарративы о ходе российской военной агрессии объединяет одна черта. От речи Путина о начале войны 24 февраля до уточнения военных целей, до объявления мобилизации в России и попытки аннексировать оккупированные территории, действия России описываются в терминах, диаметрально противоположных их первоначальному смыслу. Оккупация — это освобождение, а самооборона — это вторжение. Мы назвали это кремлевским новоязом из-за его поразительного сходства с вымышленным языком в известном романе-антиутопии Оруэлла «1984».
Искажение первоначального значения слов — это всего лишь одна из форм манипуляции. Другой, не менее коварной формой, является цензура и уничтожение независимых СМИ в России. Цензуре и остановке деятельности подверглись не только хорошо зарекомендовавшие себя и известные СМИ, такие как «Новая газета». Популярные социальные сети, такие как Facebook и Instagram, также были заблокированы в России, а власти назвали их материнскую компанию Meta экстремистской организацией.
Но подавить свободомыслие сложнее, чем даже предполагал Кремль. Люди всегда находят способы обойти ограничения, участвуя в своего рода игре в кошки-мышки – между цензорами и народом. И даже некоторые давно работающие прокремлевские эксперты в конце концов решили перестать лгать и покинуть экосистему прокремлевской дезинформации, обнажив возможные трещины в, казалось бы, монолитном фасаде кремлевского пропагандистского аппарата.
Взгляд за пределы Украины
Не вся прокремлевская дезинформация на протяжении всей войны была направлена непосредственно против Украины. В Кремле, похоже, поняли, что за Украиной стоит большая часть мира, поэтому мишенью для российского «информационного оружия» стали и другие страны. Среди остальных выделяются четыре темы: продовольственная безопасность, энергетика, биологическое оружие и ядерные угрозы.
Как только стало ясно, что война продлится дольше, чем планировалось, прокремлевские СМИ стали пытаться отговорить международное сообщество от поддержки Украины. Одним из особенно отвратительных приемов стало использование продовольствия в качестве орудия войны и наиболее уязвимых обществ как де-факто заложников ситуации.
Наиболее заметно то, что прокремлевские СМИ пытались убедить мир в том, что Запад, мол, виноват в ухудшении продовольственной безопасности во всем мире и росте цен на основные товары, такие как пшеница или подсолнечное масло. Россия активно пытается убедить мировую аудиторию в том, что причина роста цен на продукты питания и топливо – международные санкции, введенные против России. Однако правда в том, что эти санкции не касаются экспорта и операций, связанных с продуктами питания и сельскохозяйственной продукцией. Война, развязанная Россией в Украине, – вот настоящая причина нехватки продовольствия и роста цен на энергоносители.
Использование глубинных страхов людей всегда было излюбленной тактикой Кремля, особенно если этот страх можно использовать, чтобы отвлечь внимание публики от других тем. Поэтому неудивительно, что прокремлевские СМИ стремились использовать пост пандемические страхи и глобальную восприимчивость к теориям заговора, повествуя о якобы финансируемых Западом подпольных лабораториях по исследованию биологического оружия. Это явная попытка как оправдать начало войны, так и отвлечь от нее. Тот факт, что биологические исследования не запрещены, игнорируется прокремлевскими экспертами по дезинформации.
На тот случай, если страх перед биологическим оружием, якобы распространяющимся из Украины, не вселит ужас в сердца и умы мировой аудитории, прокремлевские дезинформационные СМИ также усилили воинственную ядерную риторику Кремля. На протяжении всей войны кремлевская машина дезинформации использовала глубоко укоренившийся и вполне обоснованный страх перед ядерной катастрофой для достижения своих политических и военных целей в Украине. Российская пропаганда распространяла обвинения Украины в подготовке ядерных провокаций на Запорожской АЭС, усиливала плохо завуалированные угрозы Путина применить ядерное оружие в ответ на попытки Украины освободить свои территории, а также стала все чаще упоминать необоснованные обвинения Украины в разработке «грязной бомбы».
Кремль прекрасно осознает свое основное преимущество и объект для шантажа – это газ. Выступите против России, и она заморозит вас, перекрыв вам поставки газа. Так что прокремлевские дезинформационные СМИ быстро стали рассказывать о том, как Европа замерзнет грядущей зимой. Манипуляция проста: прекратите помогать Украине, и Россия продаст вам газ, который позволит европейским государствам удерживать цены на энергоносители на низком уровне. Если же вы осмелитесь подумать об альтернативных источниках ископаемого топлива или способах его доставки, то знайте: даже подводные трубопроводы могут быть взорваны.
Распространение и использование страхов — одна из самых распространенных тактик прокремлевского modus trollerandi. После того, как война спровоцировала отток беженцев из Украины, прокремлевские пропагандисты попытались использовать существующие страхи перед миграцией и мигрантами против принимающих их стран, особенно против на соседей Украины, таких как Молдова или Польша.
Прокремлевские пропагандисты также стремились изобразить российских захватчиков защитниками «традиционных ценностей» от надвигающейся угрозы нечестивого союза между ЛГБТ+ сообществом и самим дьяволом. Дезинформационный нарратив о защите традиционных ценностей пропитан гомофобией, часто балансируя на грани откровенной ненависти. В привычном сбивчатом и противоречивом стиле, преобладающем в прокремлевской информационной сфере, дезинформационные СМИ пытались использовать ЛГБТ+ сообщество и как цель, и как инструмент манипуляции одновременно.
Один из наиболее откровенных методов Кремля для использования этих страхов, комплексов и склонности к теориям заговора – это распространение прокремлевской дезинформации среди глобальной аудитории через аккаунты российских дипломатов в социальных сетях, особенно в Twitter и Facebook. Поскольку медиа платформы подтвердили подлинность этих учетных записей, эта кажущаяся легитимность помогает представить дезинформацию в форме, которая как будто бы заслуживает доверия пользователей. В то же время значительное число подписчиков помогает быстрее распространять эти сообщения. Аккаунты российского правительства и дипломатических представительств в социальных сетях – неотъемлемая часть российской экосистемы дезинформации и пропаганды.
Русофобский нацистский клей, которым скрепляется система
Экосистема прокремлевской дезинформации стремилась адаптироваться к изменяющимся реалиям на передовой и политическим капризам в Кремле, но есть несколько фундаментальных всеобъемлющих дезинформационных нарративов, которые не менялись на протяжении всей войны.
С первого дня войны особенно выделялся один дезинформационный нарратив — ложное утверждение о том, что режим в Киеве и, соответственно, во всей Украине является нацистским. Постоянное изображение Украины как нацистского государства не случайно. Это тщательно продуманный и культивируемый дезинформационный нарратив, цель которого – разжечь в кремлевской аудитории ненависть и направить ее на поддержку преступных действий Кремля, включая развязывание жестокой войны.
Этот дезинформационный нарратив нацелен преимущественно на внутреннюю российскую аудиторию и пытается очернить Украину. Прокремлевская дезинформация последовательно использовала этот нарратив на протяжении всей войны, будь то для оправдания преднамеренных нападений на мирных жителей Украины или для дискредитации Зеленского и его соратников или вооруженных сил Украины в глазах всего мира. В частности, необоснованные обвинения в нацизме и геноциде резко возросли за месяцы и недели, предшествовавшие войне.
Прокремлевский дезинформационный нарратив о «нацистской Украине» тесно связан с постоянными обвинениями в «русофобии», которая якобы распространена как в Украине, так и на Западе. Этот термин стал излюбленным ярлыком для прокремлевских «экспертов», которые с готовностью навешивают его на любого, кто критикует Россию или ее войну в Украине. По мнению Кремля, и блокировка доступа к российским дезинформационным каналам государствами ЕС, и осуждение войны России и введение санкций со стороны ЕС продиктованы «русофобией».
Еще один нарратив, который прокремлевская дезинформационная экосистема продвигала годами и поддерживала на протяжении всей войны, — это необоснованное утверждение о том, что Украина не является легитимным государством, потому что она находится под контролем Запада. Часто рассказывается, что этот контроль осуществляется загадочной группой теневых кукловодов, называемых Кремлем «англосаксы». Опять же, это обвинение совершенно необоснованно, но нарратив о западном контроле популярен среди склонной к заговорам аудитории и часто используется для умаления суверенитета Украины.
Наконец, прокремлевские дезинформационные СМИ отрицают и игнорируют влияние западных санкций, законно наложенных на Россию за развязывание ничем не спровоцированной войны против Украины.
По общему признанию, прокремлевским «ученым мужам» пришлось балансировать между смелыми заявлениями о том, что санкции не влияют на могучую российскую экономику, и обвинением тех же санкций в том, что они являются инструментом незаконного давления на Россию. Но основной дезинформационный нарратив про санкции всегда был один: санкции больше вредят Западу, чем России. Кремль придумал эту коварную ложь, чтобы отговорить мир от поддержки Украины в ее праведной борьбе за свободу и суверенитет. Не дайте себя обмануть.
