Ницше: эпоха постправды позади?
Эпоха постправды позади?
Говоря о дезинформации, в нашей серии мы уже познакомились с пятью титанами мысли. Следующий, к кому мы перейдем, стал настоящей культурной суперзвездой, как на него ни посмотри: речь о Фридрихе Ницше. Для одних этот трагический пророк века постправды стал освободителем от любых догм, для других — опасным первооткрывателем пути к нигилизму. Мы попробуем доказать, что его «перспективизм» может быть не столь губительным для правды, как кажется некоторым.
Ницше: рождение трагедии
Для Ницше философию невозможно отделить от философа. Жизнь самого Ницше была наполнена трудностями и печалью, но в ней можно найти и немало трагичной славы. Он родился в 1844 г. в городе Рёккен (Германия) и был сыном пастора. Семья рассчитывала, что сын одаренного человека окажется не менее талантливым. Его отец умер, когда мальчику было пять. Молодого Фридриха отправили в школу с крайне строгими порядками. Став самым молодым профессором классической философии в Базеле, он написал Рождение трагедии. В этой книге предполагалось, что здоровые культуры должны находить нечто среднее между аполлоническими (логическими, гармоническими) и дионисийскими (хаотическими, экстатическими) силами. Во времена полного доминирования аполлонического подхода такая идея была принята не слишком тепло. Значительно позднее она обрела влияние в психиатрии (Юнг), философии (Фуко) и искусстве (Ротко). Однако после этой неудачи Ницше постепенно отошел от академической жизни. С 1879 г. по 1889 г. у него не было определенного адреса, он путешествовал по Альпам и Италии. Так как большую часть времени его одолевали тяжелые проблемы со здоровьем, несколько книг он написал в короткие периоды хорошего самочувствия.
Смерть и дезинформация, ведущие к «коричневому» восприятию
В 1889 г., когда ему было всего 44 года, в Турине у Ницше случился припадок, после которого он полностью утратил рассудок. Оставшиеся годы (до смерти в 1900 г.) он провел под опекой своей матери и сестры Элизабет. Его работы постепенно привлекали все больше внимания, но сам Ницше уже не осознавал этого.
Фотография Ницше со своей матерью после приступа. Источник: Викимедиа
В немалой степени мрачная репутация Ницше относится к этому периоду, когда Элизабет прикладывала большие усилия, чтобы популяризировать работу своего брата в возникающих ультраправых кругах, что, по приятному совпадению, поднимало ее собственную социальную роль. Занимаясь дезинформацией еще до того, как это стало мейнстримом, она даже сфабриковала около 30 писем и переписала многие посылы в его книгах. Например, к понятиям, которые оказались в нечистоплотных руках, относится концепция сверхчеловека. Для Ницше этот термин относился к возможному будущему, показывая, что современные люди — лишь этап в эволюции от бактерии к Баху и неведомому впереди. Представление о том, что вы уже знаете результат, тем более — что ваша раса и является этим результатом, совершенно противоречит идеям Ницше. С 1950-х его репутация среди философов была восстановлена, а в 2019 г. вышла его новая биография. В ней утверждается, что в политическом мышлении Ницше был скорее европейцем, чем националистом, и глубоко сожалел о насилии во время Франко-германской войны, что у него было несколько друзей-евреев, а также что он был одним из очень немногих профессоров Базельского университета, голосовавших за зачисление женщин. Но злоупотребление его идеями уже не обратить вспять, а те, кто воспользовался ими, погрузили мир в беспрецедентную катастрофу, поэтому тень на его репутации остается.
Невозможность ницшеанства
Очень сложно дать краткий обзор идей Ницше. Он не создал целостной «философии», единой системы. Он называл себя «философом возможного». Скорее важным элементом для него являлось восприятие хаотичной и переменчивой природы вещей. По мнению Ницше, хаос нужно принять: «Нужно носить в себе хаос, чтобы родить танцующую звезду».
Можно сказать, что для создания большего хаоса Ницше заложил порох в орудие философии, включая мыслителей, о которых мы уже говорили в нашей серии.
Ницше называл софистом и самого Платона. Более того, объективные идеи Платона, стоящие за явлениями, которые мы наблюдаем, отрицают жизнь, так как лишь отражают психологическую слабость в виде неспособности принять правду. Проецируя такую неспособность на религию, он называл христианство «Платоном для масс».
Аристотеля Ницше ставил выше Платона, но отрицал его телеологические идеи (у всего есть своя фиксированная функция), считая это сказками.
Эмпирическая традиция Юма и Милля в глазах Ницше была наивной с философской точки зрения: «Они вовсе не философская раса — эти англичане».
Сурово и отношение Ницше к Канту. Последний пытался спасти идею автономности человека перед лицом эмпирической науки, за что Ницше в порыве называл его интеллектуально трусливым.
В то же время написанное им столь богато различными точками зрения, что свести Ницше к одной позиции или мнимому отрицанию других философов просто нельзя. Всегда есть и другая сторона.
Ницше яростно атакует Канта, но можно сказать, что он не отмел его идеи, а развил и даже придал им дополнительную остроту. Как это возможно? Как мы уже писали, Кант объяснял, что мы никогда не сможем получить доступ к самим вещам (вещь в себе). Мы обращаемся к ним опосредованно, через наше восприятие. Приведем пример. Если вы, находясь дома, поднимете глаза от экрана, то увидите потолок. Но на самом деле это фикция, это сюжет, созданный в вашем мозгу. На самом деле происходило нечто иное: сетчатка на тыльной поверхности ваших глаз уловила свет, отраженный от некоторого объекта. Ваш мозг преобразовал этот процесс в статичное изображение — потолок. Чтобы это произошло, необходимо наличие самого понятия потолка.
Для Канта в использовании подобных понятий был некоторый смысл, но Ницше, вдохновленный Артуром Шопенгауэром, выдвинул иную интерпретацию. Если очень упростить, и Ницше, и Шопенгауэр сказали бы, что в примере со светом, потолком, сетчаткой и восприятием все действует именно так, потому что желает хотеть. В произведении К генеалогии морали Ницше сделал известное утверждение о том, что человек скорее будет желать ничего, чем ничего не желать вообще. Однако Ницше расходится с Шопенгауэром, утверждая, что воля направлена и все время проявляет стремление, тогда как Шопенгауэр считал, что у воли нет чувства цели.
Переоткрытие сакрального в пострелигиозном мире
Основываясь на своих идеях хаоса и воли, Ницше критиковал современную культуру. В произведении Веселая наука он приводит притчу, показывающую, насколько он опередил свое время. История рассказывает о том, как на рынке появился безумец с фонарем. Он кричал, что ищет бога. Люди на рынке удивлялись и насмехались над ним. «Он что, пропал?» — спросил один. «Он заблудился, как ребенок?» — сказал другой. «Или спрятался? Боится ли он нас? Пустился ли он в плавание? Эмигрировал?»… Безумец вбежал в толпу и пронзил их своим взглядом. «Где бог?» — воскликнул он. — «Я хочу сказать вам это! Мы его убили — вы и я!»
Эта история говорит нам о двух вещах. Во-первых, бог мертв. Это означает, что мы живем в эпоху скептицизма, интеллектуального хаоса. Но Ницше это вовсе не радует. Так как, во-вторых, он хочет показать, что люди не понимают последствий того, что произошло. Современные люди лишь заменили образ бога чем-то иным (рынком, достоинством человека, прогрессом), но образ мышления, грамматика бога, никуда не делся. Согласно Ницше, мы дали себе свободу, но у нас нет ментальной силы воспользоваться ей. Он хочет создать пространство для современной сакральности в паре с современным скептицизмом.
Портрет Фридриха Ницше, Эдвард Мунк. Источник: Викимедиа
После постправды… правда!
Для Ницше любая часть реальности представляет собой хаос, борьбу. Это означает, что каждый, кто делает заявления о правде, должен понимать, что он всегда предлагает не единственную, безусловную правду, а лишь ее интерпретацию. В противоположность некоторым трактовкам такой идеи это вовсе не означает, что Ницше не интересует правда. На самом деле он столь ей озабочен, что предупреждает о научной гордыне, связанной с заявлениями об обладании Правдой.
Согласно Ницше, это не ведет к настрою ума, при котором любая вещь тщетна или морально приемлема. Его работа предполагает, что возможно и необходимо преодолеть нигилизм, заняв позицию сильного скептицизма. Это касается практики правды, основанной на перспективизме: вместо попыток найти статичную правду о реальности, нужно стать правдивым человеком.
Фейковые новости и дезинформация
Так как для Ницше большое значение имеет правдивость, он бы презирал распространителей дезинформации. Тот, кто распространяет дезинформацию, тем самым признает свою слабость. Кроме того, Ницше предупреждает, что нельзя отделять заявление о правде от человека, делающего это заявление. Это не означает, что мы должны полностью скатиться в релятивизм. И не значит, что все причины имеют одинаковую ценность, а потому все они, в сущности, ничего не значат. Мышление Ницше безукоризненно логично. На самом деле это значит, что мы должны быть бдительными и всегда задавать вопрос: кто делает это заявление? Каковы его интересы? Возможно, в целом обществу было бы полезно проявлять некоторый скептицизм в отношении тех, кто обладает властью. Собственно, именно этим и занимается EUvsDisinfo в отношении спонсируемых государством СМИ, которые (как мы предполагаем, имея на то серьезные основания) созданы, чтобы генерировать или стимулировать напряженность в наших демократиях и продвигать интересы Кремля.
При этом Ницше мог бы менее остро реагировать на дезинформацию и «фейковые новости». Конечно, есть огромное количество неверной информации и заявлений, которые кажутся неверными или оказываются таковыми впоследствии. Учитывая хаотичную природу мира (и все генераторы шума, которые есть в нашем распоряжении), это неизбежно. Возможно, факт того, что людей это расстраивает, говорит о необоснованных ожиданиях, связанных с правдой и публичными дебатами. Это похоже на отрицание реальности — правда может быть неопрятной. С другой стороны, дезинформация часто пользуется этой неопределенностью и неудовлетворенностью, возникающей из-за нее. Это не значит, что мы не должны всерьез относиться к опасности распространения дезинформации. Но нам следует осознавать, что само явление является неотъемлемой частью реальности.
Допустимо все? Едва ли
Итак, если мы стали свидетелями предсказанной Ницше эпохи постправды, насколько нас это должно беспокоить? По его мнению, все не обязано быть столь мрачным и безнадежным, как можно себе представить. Если Ницше был прав в своем мнении о том, что наши позиции являются лишь точками зрения, с которых мы смотрим на правду, это не значит, что мы обязаны ограничивать себя этими рамками. Алексис Папазоглу, писавший о Ницше и постправде, утверждает, что шанс приблизиться к «объективности» вырастет, если мы будем знакомиться с более широким кругом точек зрения. Психологически это может стать проще, если мы отбросим идею объективности, которая всегда подталкивает к мысли, что одна сторона права, а другая — ошибается. В своей книге К генеалогии морали Ницше пишет:
Чем больше глаз, различных глаз, сумеем мы мобилизовать для его узрения, тем полнее окажется наше «понятие» об этом предмете, наша «объективность».
В наше время, когда мы одновременно стали и более связанными с другими людьми, и более одинокими, искреннее прислушиваться к людям с разными точками зрения (и встраивать как можно большее их количество, подобно самому Ницше) кажется жизненно необходимым.
